Газету так просто не вырубить!

27 августа свой 70-летний юбилей отмечает экс-министр информации и печати Республики Татарстан Шамиль Хамматов.

Шамиль Шамсиевич начинал свою журналистскую карьеру в юности корреспондентом в газете «Советская Татария». Отслужив в армии, вернулся в редакцию. Позднее работал завсектором печати обкома партии, председателем Госкомитета РТ по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. С 1989 по 1992 год занимал пост министра информации и печати РТ. Несколько лет возглавлял Союз журналистов Татарстана. 

Мы встретились с Шамилем Шамсиевичем, чтобы узнать, с какими мыслями встречает юбилей один из самых именитых ветеранов татарстанской журналистики. 

— Шамиль Шамсиевич, каким был ваш старт в профессиональной журналистике?
— Мне повезло: я изначально попал в среду опытнейших журналистов. Сам редактор газеты «Советская Татария» чего стоил — Александр Иванович Клименков, участник войны, в бытность собкор газеты «Известия» по Татарстану и соседним регионам. Он безжалостно бросал меня, что называется, из «лодки в воду», пока, пару раз нахлебавшись, я сам не научился плавать в бурном событийном потоке. Спустя годы понял, что журналистике нельзя научить только по учебникам. Ею надо жить, иметь к ней генетическую предрасположенность или как минимум большую внутреннюю мотивированность, вплоть до самопожертвования — как и в любой творческой деятельности. 

…Клименков умел зажечь, увлечь нас идеей первопроходцев в своей профессии. Так была создана группа по освещению строительства КамАЗа и нового города. Мы еженедельно выезжали в командировки и были в гуще событий этой поистине интернациональной всесоюзной стройки. Я благодарен судьбе, что набирался опыта в составе этой группы, работая рядом с Евгением Лисиным, ставшим вскоре редактором «Советской Татарии», Альянсом Собировым (он стал собкором газеты «Известия»), Николаем Сорокиным (многие годы проработавшим впоследствии собкором ТАСС). Всех так с ходу и не назовешь. А помнить надо. Вспоминать и поминать собкора по Набережным Челнам Николая Першина — он буквально сгорел на работе, выдавая на-гора очередную полосу с пусковых заводов КамАЗа, не зная ни сна и ни отдыха. Он, тяжелобольной, умирал в клинике Вишневского, в это же время в другой половине здания, где находилось родильное отделение, принимали роды у его молодой жены. Вот такая драма. 

В пока еще не написанной истории современной журналистики Татарстана немало имен, оставивших в ней свой яркий след: журналистов, руководителей СМИ. 

— Сравниваете современную журналистику и ту, в которой работали вы? Например, принято считать, что раньше действенность выступлений СМИ была выше. Ведь на каждую критическую публикацию чиновники были обязаны реагировать. 
— Не скрою: я ностальгирую по прошлой журналистике, по тому взаимопониманию, которое существовало между журналистами и читателями, сполна доверявшими слову печатному и прозвучавшему в эфире. В этой журналистике было много одухотворенности, честности и, я бы сказал, профессионального патриотизма — в стремлении донести до общества объективную правду, не замаранную местечковыми интересами, коммерческими амбициями групп лиц. Конечно, и тогда система порождала социальный заказ и пресса использовалась как политический и кадровый ресурс. Но мы свято верили, что делаем правое дело. Верили не без основания. Власть поддерживала журналистику и журналистов как своих надежных партнеров. Ведь каждое критическое выступление прессы в большинстве своем находило во властных структурах деловой отклик.

О вопросах действенности СМИ я как-то завел разговор с Минтимером Шариповичем Шаймиевым. Первый Президент республики хорошо помнит, как на бюро обкома партии обсуждались проблемы эффективности СМИ республики. Шаймиев заметил: отвечать на критику в прессе было святой обязанностью первых лиц. Умный руководитель всегда умел использовать справедливую критику во благо и для пользы дела. 

Сегодня получается, что пресса отвоевала у власти определенную, хоть и регламентированную, свободу критиковать, ставить проблемы, а критикуемые ею чиновники между тем как бы получили свободу не реагировать на выступления СМИ.

Редакции несут большие интеллектуальные и материальные издержки. Но достигнута ли цель? Есть ли перемены к лучшему после критического или постановочного материала? В конце концов, именно в этом и главный смысл работы СМИ и вопрос престижа, социальной значимости прессы.

— В роли министра информации и печати вам приходилось принимать нестандартные решения?
— Безусловно. Вот сегодня бумага сильно подорожала. Отечественным производителям выгоднее продавать ее за валюту в зарубежные страны. Аналогичная ситуация сложилась в республике в начале 90-х годов. Когда бумаги совсем не стало, ее пришлось просить из неприкосновенного запаса Приволжского военного округа. В результате в республику отгрузили столько вагонов бумаги, что она уже не помещалась на складах газетно-журнального издательства.

Но важно то, что благодаря поддержке тогдашнего министра печати и информации России Михаила Полторанина бумагу мы закупили по старой цене, а наш министр финансов Дмитрий Нагуманов пошел навстречу и авансом выделил на это средства. Когда несколько месяцев спустя был сверстан бюджет министерства информации и печати республики, в него была заложена уже новая цена на бумагу, в четыре раза превышавшая прежнюю. Образовался большой денежный резерв, который я приказом по министерству пустил на повышение зарплаты всем журналистам подведомственных редакций. В результате зарплата главных редакторов стала на уровне министров, чего раньше никогда не было.

Конечно, меня вызывали на ковер. Но Председатель Государственного Совета Татарстана Фарид Мухаметшин, узнав, что никаких дополнительных средств из бюджета я не просил, отнесся к ситуации благосклонно. Да и редакторы меня активно поддержали. Я же, думаю, легко отделался — устным выговором премьер-министра и лишением годовой премии. Спустя несколько лет Мухаммат Галлямович Сабиров спросил меня: «Как ты мог решиться на такое без моего ведома?» На что я ответил: «А если бы я с Кабинетом министров этот вопрос согласовывал, смогли бы мы поднять зарплату журналистам?» Сабиров только улыбнулся и покачал головой. Он меня понял.

— Как бы вы определили болевые точки современных массмедиа?
— Не помню кто, но метко определил: деньги стали самым действенным средством массовой информации и коммуникации. Сегодня пресса зачастую обслуживает конъюнктурные интересы определенных кругов. Если мы к этому пришли и продолжаем идти, значит, влияние СМИ на формирование общественного сознания и развитие гражданского общества сильно поубавилось. 

— Шамиль Шамсиевич, как вы относитесь к прогнозам, что электронные СМИ в самом ближайшем будущем вытеснят с рынка печатные газеты и журналы? 
— Волноваться по этому поводу не стоит. Печатные издания будут всегда. Сейчас интересное время. Бумажные газеты и журналы активно осваивают интернет-пространство, у них появляются свои сайты. И это нормально. А на Западе уже начался другой процесс — там электронные СМИ стали выпускать бумажные версии своих изданий. Они понимают, что электронные архивы — вещь ненадежная. Произошел какой-то сбой в системе или кнопку не ту нажал — и все безвозвратно исчезло. А бумажная газета — это уже исторический документ. Не зря же говорят: «Что написано пером, не вырубишь топором». Да и в России менталитет такой, что к печатному слову доверия больше, чем к электронным публикациям. 

Запах свежего номера газеты действует на меня магически. Магия напечатанного слова сопровождает меня по сей день. Забываешь о том, что это всего лишь запах типографской краски и керосина. Для меня это запах свежих новостей, а каждая газетная страница — зеркало, отражающее жизнь района, города, республики. Если попадается хороший материал, возвращаешься к нему и перечитываешь, чтобы не торопясь поразмышлять и лучше понять суть происходящих событий. Тогда я одним нажатием кнопки выключаю экран монитора компьютера… А газета всегда рядом со мной. Ее так просто не вырубить.

— Еще одна актуальная проблема сегодняшнего дня — рост цен на все периодические издания. Раньше обычные семьи выписывали по 5 — 10 газет плюс еще журналы для мамы, папы, детей, а сейчас одну газету выписать не всем по карману. Можно как-то решить эту проблему? 
— Это непростой вопрос. Суть проблемы в том, что у тех, кто работает на медиарынке, свои интересы. У полиграфистов интересы свои, у издателей — свои, у редакций — свои, у рекламодателей — свои, у «Почты России», которая занимается доставкой газет читателям, — свои. И во многом эти интересы абсолютно не совпадают. Точки соприкосновения найти очень сложно. Надо в чем-то уступать друг другу. А уступать никто не хочет. Председатель Союза журналистов России Всеволод Богданов предпринимает попытки найти общий язык со всеми заинтересованными сторонами, но изменений пока нет. Нужна воля властей, чтобы решить эти проблемы. 

Kazved(3) 

Leave a Reply